Приятного прочтения...
«Ее медовый месяц»
т меня ждет, я поинтересовался:
— В милиции насчет Стукотка справлялись?
— Обижаешь, Паша. Глупо было бы…
— Ну и что?
— Пусто. Нет такого участкового. Нету. Но был, Пашенька! Существовал! И заправлял правоохраной как раз в районе твоего нынешнего проживания. После его дезертирства из Когорты (и соответственно из органов) рулит там капитан Хайруллин, Альберт Ибрагимович. Сорок лет. жена, трое детей. Очки «хамелеон», голова бритая, черненькие усики в ниточку, маленький, юркий. Голос, на удивление, зычный. Должно быть, поэтому в народе известен под прозвищем Мулла. Между прочим, живет через подъезд от тебя. Наверняка встречались. Так вот, он уже больше двух недель как в ведомственном госпитале матрас давит. Сердечко, понимаешь, зашалило. Работа то нервная.
— И появление фальшивого лейтенанта, вдобавок памятного старожилам района…
— Никого особенно не насторожило, — закончил Жерар.
— Зараза! — выругался я. — Ну, Стучонок! Не человек, а фантом какой то. Неуловимый мститель. Оттуда удрал, отсюда свалил… Но ведь живет же он где нибудь?
— По любому.
— Постой! — спохватился я и азартно потер руки. — А ведь этот беглый чернокнижник допустил таки промашечку. Помнишь, он нам номерок телефонный давал? Чтобы в случае его гибели позвонить и сказать что то вроде «Стукотку кирдык».
— «Стук ослушался», — уточнил Жерар. — Угу. Было такое.
— Ну и?..
— Иван Александрович Гончаров.
— Это абонент? — с жадностью спросил я. Бес предовольно хихикнул.
— Это, Пашенька, автор романа в четырех частях «Обломов».
Мне ничего не оставалось, как мужественно снести этот щелчок по носу. Мистификатор же, всласть порадовавшись собственному успеху (то, как он исполнил «лунную походку» на задних лапах с завершающим приложением передней к промежности и упругим толчком бедрами — «Bay, детка!» — нужно было видеть), набрался серьезности и продолжал: — То есть мы минимум четырежды номерок этот набирали. С приличными промежутками. И всякий раз обламывались. Автоответчик. Ну, Овланчик еще разок напрягся, прокачал телефон по адресу. Оказалось, комната в такой халупе, что мама дорогая. Жилец нынче на госсодержании. Еще три с половиной года осталось у кума рукавицы шить. А…
— Слежку пока не организовывали.
— Где мои шмотки? — сказал я, быстро собирая со стола грязную посуду и швыряя в мойку. До меня запоздало дошло, что Стукоток, этот загадочный тип, о коем известно лишь то, что он безусловно и крайне опасен, гостит сейчас у Лады и Лели. Оставалось уповать на «императивное человеческое доверие к излечившим тебя врачам», о котором когда то толковал мне Сын Неба и которое, хочется верить, присуще даже чернокнижникам. Да еще, может быть, на разбитость Стукотка после боксерского матча, организованного для него покойным Жухраем. Ну и, как на слабейший по части критики вариант, на его джентльменскую порядочность. «Почему настоящих джен
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52