Приятного прочтения...
«Ее медовый месяц»
х расчетов используется почему то бартер. Составы с пшеницей грузятся на Кубани и отправляются в Сибирь. Пункты назначения всякий раз новые, и всякий раз поезда бесследно пропадают где то между Императрицыном и Омском. Вернее, пропадает груз. Машинисты, охрана, экспедиторы — вся эта братия бездельников, пригоняя пустые вагоны на Омск сортировочный, свято убеждена, что отгрузка осуществлена строго в соответствии с документами! И ведь представляют эти самые документы — в полном порядке. С лесом вообще темный лес. Валится, трелюется и так далее, а потом улетучивается прямо по пути с делянок. Шоферы опять же размахивают безукоризненными путевыми листами. Посылали наблюдателей. Лучше бы не посылали…
Сулейман огорченно махнул рукой. Потом подошел к своему столу и гадливо потрогал карандашиком баночку из под детского фруктового пюре. Крышка была плотно завернута и обмотана полиэтиленовым пакетом. На дне баночки угнездилась крошечная серенькая лужица. То, что осталось от быстро разложившейся сопливенькой гадости размером с горошину и с тысячей ресничек. Дохлая личинка наездника. Демонтированный имплантат «Гугола» собственной персоной. В последний раз мсье Кракен решил не ограничиваться пипеткой и «парой миллиграммов прозрачной жидкости без вкуса и запаха» биохимического агента. И засадил мне в башку полноценный процессор. Жерар обнаружил эту дрянь возле двери в ванную (вывалилась во время транспозиции из моего затылка прямо у него на глазах), но до поры до времени не показывал. Боялся расстроить. К тому же она на редкость отвратительно воняла.
— Но вот что интересно, — задумчиво сказал Сулейман. — И машинисты, и шоферы в один голос утверждают, что перед теми рейсами проходили медицинский осмотр. Во время которого им что то закапывали в нос, после чего болела голова. Так что твоя, Паша, информация о пипетках, содержащих «мобильный агент», крайне важна. Но об этом после. Так… Что дальше?.. Угу. Ну, самих заготовок процессоров в «СофКоме» пока что нет как нет. — Он бросил хмурый взгляд на баночку. — У нас, собственно, тоже. Опытная партия, сколько то сотен штук в пяти стальных цилиндрах размером с термос, однажды появлялась на складах фирмы. Буквально ниоткуда. Пролежала одну ночь и тут же перекочевала якобы в исследовательский центр. Где он? Бог весть. Вот так. Куда ни кинь — везде клин. Неужели вы считаете, что нашим клиентам этой чертовщины достаточно?
Вопрос был риторическим: Сул отлично понимал, что его клепаные клиенты (из за которых у нас с Жераром одни неприятности и которые, между прочим, выступают в деле с «Гуголом» как соперники и недоброжелатели нашей державы) никому, кроме него, в нюх не уперлись; да ведь и ответить мы не могли. Однако он строго посмотрел на нас, как бы все таки ожидая реакции. Мы хлопнули глазами. Он поморщился и вновь двинулся мерить кабинет шагами.
— Поймите, заказчикам важно доподлинно знать, по отношению к кому применять санкции, вводить квоты. А может, и войска. Даже самый тупой кон
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52