Приятного прочтения...
Роланд Джеймс Грин
с жрать или кого-то еще. Белки и
жиры - вот и все, что мы собой представляли. Половину времени я только и
делал, что убегал от кого-нибудь. А остальное время добывал себе пищу -
доедал какую-нибудь мерзкую падаль, оставленную крупными кошками и дру-
гими хищниками, иногда питался грызунами, которых мне удавалось убить,
фруктами, корнями, насекомыми. Иной раз просто не по себе делается, как
вспомню, что я там ел, заглатывая целиком, сырое... но ведь счастлив
был, что хоть это добыл на пропитание. Но тогда меня это нисколько не
смущало. Да что там греха таить - у вас, прошу прощения, желудок креп-
кий, доктор? - ну так вот, знаете, до сих пор иногда... увижу гнилушку и
с трудом удерживаюсь, чтобы не перевернуть ее и не посмотреть, нет ли
под ней белых, жирных личинок. Они извиваются, пытаются уползти, но я им
не даю - крепко хватаю и отправляю в рот. Их так приятно глотать! На
вкус они немного сладковатые... И вот просыпаюсь, весь в поту от страха,
под ложечкой сосет. Но за исключением таких моментов было совсем непло-
хо. Страшно - да, но знаете, сам по себе страх - очень интересное ощуще-
ние. Так приятно, когда удавалось удрать и показать нос большой кошке,
которая гналась за тобой, да не поймала, и теперь ее можно подразнить.
Вот потеха так потеха! И других забот нет, кроме как набит
да разыскать местечко, чтобы спрятаться да поспать. Ну, еще конечно,
поиск самки, и все такое прочее...
Я бы вот что еще рассказать хотел, доктор. Мне довелось побывать... в
общем, это было самое лучшее из того, кем мне довелось побывать. Это был
не человек и не предок человека, даже ничего близкого. Это было нечто
вроде ящерицы, но я точно не знаю, и никто не знает. Экайер много време-
ни потратил, все старался выяснить, что это такое, да так и не узнал. Он
даже кое-какие книжки заказал, думал, там что-нибудь найдет, но... - и
Генри развел руками. - А меня это вовсе не волновало - мне-то что. Мож-
но, конечно, предположить, что это было нечто вроде связующего звена -
какой-то праящер, от которого для палеонтологов не осталось даже косточ-
ки, чтобы раскапывать да раздумывать. Я думаю, и Экайер тоже так думает,
что это существо жило в триасовый период. Я сказал №ящерица¤? Нет, это,
конечно, никакая не ящерица, просто слова другого подобрать не могу. Она
не слишком большая была, но очень шустрая - самая шустрая из всех су-
ществ, которые жили в то время. А уж злющая... Она ненавидела всех и
вся, со всеми дралась, ела все, что движется. Все, что попадалось, раз-
рывала в клочья. Я до этого и представить себе не мог, что такое настоя-
щая жестокость и какое наслаждение она дает... Кровожадная такая жесто-
кость! - Генри скрипнул зубами и сжал кулаки. - Монстр, настоящий
монстр, доктор, поверьте. Трилобитом я был совсем
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54