Приятного прочтения...
Роланд Джеймс Грин
ечатление, что он свободен и не проник
ни в чье сознание - просто сам был там, сам по себе. Вспоминая потом о
своем путешествии, он не мог судить со всей ответственностью, действи-
тельно ли он где-то побывал, но ощущение реальности пережитого не поки-
дало его. Теннисон мог поклясться, что слышал потрескивание и шорох су-
хих сучьев и опавшей листвы под ногами, вдыхал терпкий, как вино, запах
осенних костров, перезрелых яблок, последних, случайных, задержавшихся
на голых ветвях, ощущал прикосновение первых заморозков к жухлой листве.
Слышал - или ему казалось, что слышал, хруст желтой стерни под ногами,
мягкий стук орешков, падавших на землю, внезапный, далекий посвист
крыльев улетавшей на юг стаи невидимых птиц, нежные, свежие трели кро-
шечного ручейка, несущего на своей поверхности тяжкий груз опавших
листьев. А еще были цвета - в этом он был просто уверен - золотые монет-
ки листьев орешника, лимонная желтизна осин, красные как кровь сахарные
клены, шоколадно-коричневые дубы... Над всем этим царило горько-сладкое
ощущение осени, великолепие умирающего года, когда окончены все труды и
провозглашено начало времени покоя и отдыха.
Ему было легко и покойно, он с радостью и готовностью погрузился в
этот мир. Взбирался на холмы, спускался с них, шел берегом извилистого
ручейка, останавливался и любовался багрянцем и золотом осенних лесов,
поражался тому, как великолепен контраст желтизны деревьев и синевы не-
бес. Удивительный покой сходил в его сердце. Краткий покой, наступающий
в душе в самом конце жаркого лета, порядок и равновесие, царящие в ней,
покуда ее не скуют холода близкой зимы. Время отдохновения, размышлений,
залечивания старых ран и забывания о них и о тех превратностях судьбы,
которые нанесли душе эти раны...
Потом, вспоминая об осенней стране, он сказал себе, что это - его
собственный Рай. Не высоченные сверкающие башни, не величественная широ-
кая лестница, не пение торжественных фанфар - не то, что привиделось Мэ-
ри, но это был настоящий Рай - спокойный, мирный осенний день, клонив-
шийся к вечеру, опустившийся на землю, уставшую от изнурительного зноя
лета, от долгого пути по пыльным дорогам.
Погруженный в собственные впечатления, он ушел в тот день из депози-
тория, обменявшись лишь самыми формальными фразами с роботом-депозито-
ром. Вернувшись к себе, он попытался мысленно вернуться в осеннюю стра-
ну, но, увы, добился только того, что ощутил всю эфемерность, призрач-
ность ее существования...
В этот вечер он сказал Джилл:
- Знаешь, у меня такое чувство, будто я ненадолго вернулся на свою
родную планету, в свое детство и раннюю юность. Моя родная планета похо-
жа на Землю. Я сам об этом судить не могу, поскольку на Земле никогда не
бывал, но мне всегда
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54