Skip to:

Книжный портал

для искушенных...
Currently viewing: книжный портал »

Шедевр:

Не верьте молвеньям молвы, Что лирику может и всякий. Ведь сшиты из рубищ листвы, Мои триумфальные стяги!

/Лилай Интуэри

Реклама:

Приятного прочтения...

рисунок

В ущелье


Если желаешь. — Его голос вдруг наполнился теплым молоком и медом. — Так вот, гиммель. Третье, последнее, оно же главное. Ты расшалился, Павлуша. Твое поведение становится все более отвратительным. Грубишь беспрерывно. Приказы начал нарушать. Я, конечно, добр нечеловечески, отходчив нечеловечески и воистину ангельски терпелив. Но любому терпению когдато приходит конец. Берегись. Видит небо, — тихо и оттого понастоящему грозно сказал он, вздымая руки к потолку (мне показалось на мгновение, что не стало над нами еще одного этажа, чердака и крыши — а нависло над нами огромное низкое небо, которое все видит и все запоминает), — еще чутьчуть, Паша, и я отдам тебя ламиям. Их до крайности заинтересовал вопрос, был ли Убеев прошлой ночью единственным нашим агентом в «Скарапее». Мое «клянусь, да» почемуто совсем их не убедило.
Он плеснул себе кофе и опустил к чашке глаза.
— Сулейманага, — потерянно пробормотал я. — Уважаемый! — Он обжег меня коротким взглядом, полным печали и гнева. Подумал, что я продолжаю язвить. — Я… это… Госсподи, да не высыпаюсь я, вот и все! Мне же необходимо много спать, иначе надорвусь. Ведь не железный я, не каменный. Даже не дух. Человек. Всего лишь.
— Паша, — мягко сказал он. — Я все понимаю. Пойми и ты. Надо потерпеть. Ты молодой, сильный, выносливый, ты справишься. — А отдохнешь, когда окончательно отвяжемся от аспидов и с Софьей закончим. Обещаю. Но сейчас подругому просто нельзя. На кон поставлено слишком многое. Ну, по рукам?
Я кивнул и ожесточенно принялся намазывать на круассан масло.
Разговор с шефом здорово выбил меня из колеи. Настолько, что, встретив Жерарчика, я вместо ставшего уже привычным приветственного пинка совершил небывалое: машинально подхватил его на руки, погладил и сунул за пазуху. Бес притих в полном недоумении.
— Когда мы должны быть у Софьи?
— В десять.
— Правильно, в десять, — задумчиво сказал я. — Сейчас… половина седьмого. А я уже больше часа как на ногах.
— В такую рань? С ума сойти! — сочувственно пискнул кобелек.
— Ты прав, — согласился я. — Это невообразимо. Зато, с другой стороны, времени впереди навалом. Поэтому я немедля иду домой. Мне срочно требуется принять душ и переодеться. Представляешь, я спал в одежде!
— С ума сойти! — снова воскликнул Жерар.
— Только, я тебя умоляю, не нужно делать этого прямо сейчас, — попросил я и неожиданно для себя добавил: — Хочешь пойти со мной?
— А можно? — скромно спросил бес.
— Пожалуй, — согласился я, прислушавшись к собственным чувствам. Мне действительно не хотелось сейчас оставаться одному. И мне действительно было приятно тепло его маленького лохматого тельца. Я повторил: — Пожалуй, да. Но обещай, mon enfant15,
— Яволь, сагиб! Заметано, — с вспыхнувшим энтузиазмом тявкнул он и задвигал хвостом. — Я буду смирней немой от рождения курицы, несомой на заклание. Я буду как в рот воды набравшая рыба. Я п

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   

Back to top